Регистрация Забыли пароль?
Объекты Жители Библиотека Блоги
stinker
написала 4 мая 2012 в 12:24 [изменен через 42 минуты] [ Назад ]

Искали и не нашли (мой галлюциногенный рассказик по мотивам неудачного похода :).

Рискну поделиться весёлой летней стори про поиски роторного экскаватора, который, как позже выяснилось, давно забрали на прииски в дальние края.Повествование, сдобренное психоделом, как раз об этой нашей бесполезной прогулочке, где действительно имели место быть лес, карьеры, пчёлы,странная маршрутка. Жаль, некоторые персонажи будут неузнаваемы для незнакомых людей, но сие, вроде бы, не сильно глаз режет...
И для справки. Я ничего не курила и ваще плохо к этому отношусь ) Предупрежденьице: присутствует специфический чёрный юмор.

Собрались мы с утра в жаркое июньское воскресенье на рыбалку. Я, тоесть Саня, Руслан и Игорь. Встретились на вокзале, обменялись скупыми суровыми рукопожатиями, осведомились, всё ли захватили, и пошли на электричку Брянск-Сухиничи. Когда поезд уже тронулся и за пыльным окошком проплывали аппетитные, но палевные корпуса завода "Ирмаш", Руслан, виновато потупившись, и шмыгая носом, вдруг признался, что не захватил червяков. Накопал, главное дело, ради них, поганых, в шесть утра встал, положил на стол в кухне и… забыл! Игорь предложил отобрать у него удочку, избить, и выбросить на ходу из электрички в самую вонючую канаву, какая только мимо проскочит. Я, будучи в отряде за старшего, не могла допустить столь явного человекоубийства, потому выдвинула свой вариант: сойти на станции Козёлкино. Дело в том, что там некогда добывали фосфориты, и теперь среди обрастающих молодым лесом песчаных карьеров стоял забытым мамонтом исполинский роторный экскаватор. Им я и предложила копать червей, а озёр, где добыть рыбу, там навалом. Обрадовавшись сей заманчивой идее, мы весело захлопали в ладоши, а Руслан даже сапогом притопнул залихватски! Этот шум услышала контролерша, и победно взвизгнув «ах вот вы где», помчалась к нам. Стояли мы не одни… да практически половина поезда стояла в коридорчике того вагона, ибо он был последним, а на сиденьях сидели только олигархи и инвалиды. Вагон естественно, последний, бежать некуда. Многие бабушки-ягодницы и деды-рыболовы от отчаяния пробросались с окон в реку, которую как раз мы проезжали. Оставшихся потихонечку начали обилечивать, и они нам строили грозные рожи, обещая итоговую расправу. Но тут мы прибыли в Козёлкино и, показав кукиш тем, кто следовал дальше, спрыгнули на раскалённый асфальт платформы.


Козелкино – это даже не посёлок… Там всего-то домика четыре. Наверное, некогда в нём жили работники карьеров, а вот теперь просто станция. Впрочем, весьма опрятная и радующая взор пестрыми клумбами, хоть наблюдательный пост и ароматные сортиры и выкрашены в привычный казенный сине-белый. Переходим пути, и сворачиваем на дорогу, ведущую к карьерам. Вокруг – никого, птички поют, солнышко светит, только какой-то зомбак с полупустым вещмешком впереди плетется. Это – Андроп Иванович, турист-олдскул, всегда ходит один, ни с кем не разговаривает, говорят, он по самым топким болотам, как по асфальту передвигается. Вернее, передвигался, пока не закурил однажды трубку, находясь на весьма опасном болоте, где ядовитые газы урчали и пузырились. Там и подорвался. Но выносливость и жажда жизни в этом удивительном человеке были превыше смерти и остались равнодушными к отлетевшей душе. Из вязкой топи сперва высунулась рука, ухватила пучок камышовых листьев и вытащила за собой всё остальное, досадливо оборвав зацепившиеся за корягу кишки. С тех пор он и плутает среди нас, неприкаянный, как горьковский Лара. В глазёнках его копошатся червяки и медведки, а чрево его пусто и дыряво…На какой-то момент я пожалела, что мы пропустили туриста Андропа вперёд, ибо подумала, что могли бы попросить у него немного червячков из глазиков, и наловили бы на них рыбки, какой-никакой. Но Руслан, будучи рыболовом-знатоком, объяснил, что рыба – она не дура, на кладбищенских червей не ведётся, нафиг ей эти белые хлюпики, ей розвых дождевичков подавай… Чтож, тем лучше, значит приключения, связанные с поиском экскаватора - эксгуматора у нас ещё впереди. Мы шли по дороге несколько километров, не встретив ничего примечательного, кроме развалин подстанции и унылой деревянной сторожки, потом шли вдоль низины, где на дне лежали шпалы, по которым некогда увозили отсюда ценнейшие удобрения. Теперь рельс нету, шпалы гниют. Грустно. Ведь есть люди, которые зимой почти печь не топят, дрова экономят, в холоде сидят. Государству было необходимо выделить рабочих на сборку шпал и потом в рамках благотворительной рождественской акции передать эти шпалы на дрова тем бедным людям. Дорога наша, несмотря на то, что нам постоянно попадались электростолбы с оборванными проводами, становилась всё более заросшей. И вот уже мы мужественно продираемся через заросли папоротника. Идти с каждым шагом всё сложнее и сложнее, сил всё меньше и меньше… А папоротники прямо уже не папоротники, а частокол берёз. Но Саня не была бы Саней, если б заранее не подготовилась встретить лицом к лицу любую напасть: у меня в рюкзаке оказался нож-мачете, которым я стала прорубать нам дорогу… Где-то уже шумели поезда и оставалось идти совсем немного, когда мы вышли на полянку, где на пеньке сидел морщинистый гномик с бородой до пят... У гномика в руках были спицы, а у ног лежал клубок шерсти, из чего мы сделали вывод, что он либо вдовец, либо злыдень-бобыль, коли занимается женской работой, но в любом случае сие означало, что он врядли будет добрым, посему вести беседу следовало осторожно. Ваша покорная слуга никогда особым тактом не отличалась, потому, Руслан схватил меня за волосы и потащил в кусты, чтобы там спрятать, дабы не разозлить лесного обитателя, а Игорь в это время занялся дипломатией. Чинно откашлявшись, чтобы привлечь к себе внимание, он широким шагом вышел на поляну и поклонился гномику… Через пару минут он позвал и нас. И что оказалось – гномик наш нифига не гномик, это всего лишь байкер Миша, которого вы можете наблюдать летними вечерами на набережной возле концертного зала «Дружба» среди других мотоциклистов. А свитер он сам себе вяжет потому, что действительно холостяк – уж хотя бы тут мы правы оказались. Вон и байк его в отдалении, прислоненный сосенке, стоит. На вопрос, как он тут оказался, он нам ответил, что мы находимся недалеко от трассы на Калугу, и он всего лишь свернул с неё немного… Экскаватор? Не, не видел… Пива? Да, хотим. Что? Нет, не сходим за пивом, нам некогда – у нас рыбалка скоро начаться должна.Пришлось возвращаться назад, несолоно хлебавши, да ещё Руслан в зарослях где-то удочку потерял. Тут нам в голову пришла запоздалая мысль, позвонить мальчику Юре, который до нас был в сих краях и экскаватор видел, Руслан набрал его, и тот ответил, что ни через какой частокол не продирался. Значит, мы не тот поворот для себя выбрали.



Сделали привал, подкрепились, вернулись немного назад и пошли другой дорожкой. Она была противная, вся в болотцах, да ещё и оводы увязались. А солнце уже стояло в зените и пекло нещадно. В итоге тропа привела нас к вполне сносной песчаной дороге, которая шла перпендикулярно нашей тропе, тоесть, мы оказались перед нелёгким выбором – выбором направления нашего дальнейшего движения. Да ещё нас напугал ботинок на склоне холма… Не зря он тут валяется, это либо оводы мальчика съели, либо … Даже подумать страшно было. А склон этот как назло живописный; внизу болото и далее пойма неизвестной речушки, берущей из болота начало. Река не была отмечена на карте и вообще какой-либо инфы мы о ней раньше слыхом не слыхали, посему поняли, что являемся географами-первооткрывателями и имеем полное право назвать её как нам хочется и сделать ловлю рыбы в ней платной. Впрочем, мы уже не грустили по поводу мальчика, съеденного оводами, а наоборот радовались, ведь иначе все лавры достались бы ему! Мы назвали реку в честь Руслана, чтоб не горевал о потере удочки, а то он что-то у нас совсем сник, грузится, поднял кроссовок съеденного оводами мальчика, стоит баюкает его…Чтож, направление мы избрали, противоположное тому, где предположительно находится Брянск. Идём… Хорошо идём, оводы даже отстали… Заслышав вдали гул, мы насторожились, и вот из полуденного марева словно материализовалась белая газелька. Это была маршрутка с незапоминающимся и ранее никогда нам не встречавшимся номером, и когда она поравнялась с нами, мы ее тормознули и задали несколько стандартных вопросов из разряда «где мы, а где экскаватор». Оказалось, что мы топаем в Малое Полпино, а в противоположном направлении – Брянск … Странно, мы то думали, что движемся в сторону Калужской области, а Брянск и Полпино не могут быть в разных местах, потому, что Полпино – в Брянске. Когда Руслан произнёс словосочетание «роторный экскаватор», в салоне маршрутки, до этого казавшимся пустым, кто-то зашевелился, и когда мы перевели туда свои взоры, то увидели, что там на полу лежит не то пьяный, не то просто неадекватный чернявый мужичонка… Вот он и начал повторять как заведённый слово «Едьте, едьте, етте, етте…». Мы удивленно переглянувшись, с натянутыми улыбками поблагодарили дядек, и газелька поехала дальше… А у самих, после этого общения на душе остался неприятный осадочек… «Еттте, еттте… , – передразнил Руслан, - куда едьте-то?». Помолчали… Только птичий щебет из крон деревьев доносился, да расплавленный воздух волнами плясал над дорогой… «А может он етти увидел», – сказал Игорь, а я лишь крепче сжала мачете, спрятанное за пазухой… С Русланом опять плохо стало – он снова вспомнил про потерянную удочку, сел посреди дороги, обнял себя за плечи и стал раскачиваться, как метроном… Пришлось нам с Игорем искать неизвестные науке растения, чтобы их тоже назвать в честь него… Растений не нашли, нашли жучка – похожего на божью коровку, только с огромными закрученными усами, которые при соприкосновении с пальцем человека, давали слабый электрический разряд. Чтож, дорогой читатель, теперь ты знаешь, научное название сего насекомого и примерную дату «открытия», так что при случае где-нибудь в походе сможешь сразить друзей своей эрудицией… Они-то, придурки, небось до конца не дочитали мою историю…Итак, топаем далее… Лес становится гуще, путь тенистее, и вот мы уже идём между высоченных сосен и толстостволых дубов, изредка лишь наклоняясь за крупной спелой земляникой... Наша цель – выйти на трассу, а там сориентируемся! Но вот мы видим красненький скутер и что-то инородное среди зелени лесной полянки. При ближайшем рассмотрении это оказывается молодым человеком примерно одного с нами возраста. Молодой человек лежит в траве ничком и на светлой футболке у него алые пятна. «ТРУП» – испуганно шепчем мы почти одновременно. «Труп… труЪ турп…,– проносится в моей голове, – труп – это же НАСТОЯЩЕЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ!». И, чтобы сделать наш поход ещё занятней, я решаюсь подшутить над товарищами. Прикусив губу, мотаю головой, закрываю лицо руками «О, нет.. НЕЕЕТ»… Игорь с Русланом начинают допытываться, в чём дело… «Это же… это же ЮРА! Тот самый Юра, с которым ты, Руслан… около двух часов назад по телефону разговаривал…» «Саша, ты уверенна? Этого не может быть, посмотри хорошо, хочешь, мы его лицом вверх перевернём…»« Не… надо… Я … я сама. Вы не знали его в реале, а я знала… О, это так ужасно! Ужасно и невероятно….» Я осторожно, ботинком, переворачиваю труп незнакомца на спину, при этом его челюсти спазматически дёргаются, и из раскрытого рта вываливается язык, ещё пока не посиневший, но, что самое неприятное, вместе с жеваной земляничкой… Я, упав на колени, рыдаю «Это он… о, нет…». Ребята в пытаются меня успокоить и в честь меня нызывют какое-то растение, похожее на анютины глазки, только мелкое… Я напоминаю им, что оно уже названо, и от этого моё горе только увеличивается… Чуваки суетятся, ищут, но не могут найти ничего, что можно было бы считать новым видом флоры или фауны, и тогда Игорь вспоминает про увиденного чернявым мужичком етти. Етти, обитающее в брянских лесах – это наверняка какой-то новый, возникший вследствие мутаций вид, и вот его можно назвать Сашей… Оскорблённая таким выпадом, я хватаюсь за мачете и пытаюсь зарубить Игоря, посему ему приходится забраться на ближайшую сосну…«Ну ничего, ничего-о-о…. Я до судного дня своим верным мачете это дерево колупать буду, пока оно не повалится, а потом ты с вот этим вот мальчиком рядом лежать у меня будешь», – рычу я, уже почти позабыв, что всё начиналось с шутки, причём с моей же… Но Игорь на сосне обнаруживает какой-то новый вид лишайника и называет его моим именем, что меня вполне устраивает, и я снисходительно прячу мачете за пазуху… Идём далее и встречаем ещё двух аборигенов, которые собирают всё ту же землянику. В голове мелькает мысль, что возможно, с ней что-то не так, и их ждёт участь того молодого человека… Но нам сейчас не до этого, да и они врядли поверят, ведь, как нам сказали маршрутчики, где- то рядом Полпинка, а там у нас располагается пресловутая психиатрическая клиника. Нас попросту примут за беженцев. Здороваемся и задаём всё те же вопросы: про наше положение относительно цивилизации и наличие где-либо поблизости экскаватора. Оказывается, там, куда мы держим путь, действительно Малое Полпино, а вот насчет экскаватора нас опять опечалили. Если маршрутчики говорили, что он ещё далеко, что до него «как до Китая раком», то эти наоборот, покачав головой, поведали, что мы его прошли, что он «под Козёлкиным» и на вопрос, как туда добраться, описали весь наш путь, только задом наперёд. Вобщем, там, где-то возле подстанции… У-ужас! За такое надо избивать и землянику отбирать, их счастье, что мы неподалёку нашли труп парня, который по нашим предположениям, отравился земляникой.Пришлось возвращаться… Опять вспомнили про Юру, про наваждение с поисками экскаватора, стали грузиться на тему, кто же нам тогда с его номера звонил, и наверное, он сперва Юру в лес заманил, а теперь хочет и нас так же, заманить, запутать, истощить наши силы и потом напасть и досмерти земляникой закормить. А может, это не Юра там был? Нет, точно Юра… А давайте проверим, позвоним ему ещё раз и послушаем, что он скажет, когда мы ему расскажем, что его труп тут неподалёку нашли… Не-ет, ребята, пожалуйста… Не надо… Он нас побьёт, вернее - меня.. Тоесть, я хотела сказать, ОНО нас вычислит по сигналу мобильника… Они соглашаются. Фуу, пронесло. Чуть не спалили мой прикол. Назад, так назад… Придётся опять мимо трупа идти… Наверное, через открытый рот в него поналезли оводы и копошатся там, брр, то-то же возле нас уже ни одного, хотя в начале так одолевали… Проходим ту полянку, издалека видим красный скутер, а вот трупа нет… Ужас написан на лицах моих спутников, мол неужели восстал, как дядька турист… И только я, довольная, начинаю прыгать, вертеться вокруг своей оси и хлопать в ладоши с криками «А я пошутила, пошутила, пошутила! Труп – это ни разу не Юра, труп – это просто труп! Наверное – земляникой отравился, ля-ля-ля… А если вы за это на меня обиделись, я могу назвать его в честь вас!»«Труп» был немного позднее замечен на месте, где мы нашли кроссовок мальчика, съеденного оводами. Труп стоял на четвереньках и, жутко вращая глазами, облизывал тот самый кроссовок. Услышав шум, он подскочил и помчался вперёд.«Стой, стой, куда ты, – почему-то стал кричать ему Руслан, - вернись, там пчёлы…»Мы то не такие знатоки деревенской фауны, а вот он сразу распознал в хмурой коричневой туче, нависшей над маленькой берёзкой, пчелиный рой. Бедняга Труп угодил прямо в его эпицентр, рой зловеще загудел, и десятки острых жал устремились к коже трупа… Труп дико заверещал, защищая глаза, но тщетно – пчёлиное облако приняло форму двух огромных лап, схватило юношу-Трупа за руки и заломило их ему за спину, и тут уже нажалилось вволю. Когда Труп перестал кричать и обмяк, они отпустили его, и он рухнул на песчаную дорогу. Облако пчёл уже не зло, а деловито жужжа, принялось вот за какое дело. Несколько насекомых потянули за шнурки одного из кроссовок Трупа, так, чтоб его расшнуровать, потом ещё несколько собратьев помогло стянуть оный с ноги несчастного. То же самое они сделали и со вторым. Один пчёлы зашвырнули в кусты, а второй куда-то унесли: наверное, себе на гнездо. После чего прилетевшие оводы радостно отложили на Трупе личинки. Мы же всё это время изумлённо наблюдали за происходящим, находясь в кустах на расстоянии каких-то сорока метров.«Бедный Труп,– прошептала я, - давайте в честь него назовём вот этот камушек, смотрите, какой он красивый, как…» Вдруг за нашими спинами послышалось какое-то бульканье, и мы оглянулись. Над нами мумией нависал зомбак турист Андроп. Глаз у него, как я писала выше, не было, в глазницах копошились черви, но я не могла избавиться от ощущения, что он пристально в нас всматривается, ухмыляясь гнилым ртом, и, может быть, даже щурясь от солнца. От него воняло воском и гнилым мясом. Камуфляж вытерся и выгорел, местами он свисал с его тела клочьями.«Не боись, молодняк, - шепеляво прохрипел Андроп и в груди его опять что-то заклокотало, – пошли все за мной. Выведу мимо пчёл. Не почуют даже…», - с этими словами он, словно робот, развернулся к нам спиной и пошёл в заросли в сторону от дороги. Мы поплелись за ним. Он шёл, шел по болотам, и нога его всегда находила нужную кочку, ловко уворачивался от целых отрядов десантирующихся на него клещей, и путь его был прям, а не сомнительно извилист, даже несмотря на то, что лежал через кусты и частокол молодых берёз. А мы семенили следом, то спотыкаясь, то проваливаясь в болото и вызволяя друг друга оттуда – вобщем, еле поспевали! А солнце зло и равнодушно палило в нас сквозь кроны деревьев… Где-то часа через полтора мы снова вышли на дорогу и повалились кто где стоял.«Эх вы, горе-путешественники, - хмыкнул Андроп и из его рта вылез какой-то пухлый желтоватый червячок, но тот сразу же буднично слизнул его фиолетовым язычком, – больше на свежем воздухе бывать надо! Ну… бывайте…», – с этими словами он снова нырнул в чащу, а спустя какое-то время мы его видели уже вдали, на болоте… А потом.. потом он пошёл как по твёрдой дороге по глади карьерного озера, да так и растворился на линии горизонта.Я эмоционально жевала тростинку, потом сплюнула, и обалдело молвила: «Вот это да! Вот это я понимаю, мужик! Я тоже так ходить хочу… иээхх…» - и мечтательно вздохнула.«А мы хотим жрать», - сказали Руслан с Игорем, и мы расположились в тени перекусить. Я выудила из рюкзака водичку и хлеб – аскетизм помогает мне двигаться навстречу к своей мечте и делает выносливой, посему однажды я вполне смогу соперничать в хождении по лесам с самим Андропом. Игорь достал из своей торбы банку пчелиного мёда, но лишь её завидев, мы с Русланом затянули дружное «Фууу», и он спрятал её обратно. Руслан достал из рюкзака три банки кильки в томатном соусе, открыл и съел, а нам оставил соус, потому что сам его не любил, и мы, макая в него черный хлебушек, неплохо полакомились.


Но впуть, впуть, не надо засиживаться! Песчаные дороги, оводы, заросшие лесом карьеры и одинокий экскаватор ждут нас! Мы идем к ним навстречу с улыбками на опаленных солнцем лицах, с цифровыми фотиками в бездонных рюкзаках, позади нас остались печали и смерти всех тех, кто не дошел, и мы будем их помнить, и обязательно назовём их именами все те неизвестные частички природы, что повстречаем на пути. Ба, что это за ручей лентою вьётся у нас под ногами? Да это же Труп, так отныне имя сего ручья! А что за белая птица спорхнула с тёмной воды карьерного озера? Да это же Душа Мальчика-Овода (Мальчик, Съеденный Оводами– слишком длинное и не совсем приятное на слух словосочетание)…Вглядитесь в скромное величие природы лесочков средней полосы, оно шепчет нам слова признания, уважения и памяти к тем, кого с нами больше нет. Природа дарует им лучшую, но для нас неведомую и загадочную жизнь… Я наклоняюсь над травой и срываю несколько спелых ягодок земляники, а ведь она полна крови подстреленных охотниками уток и зайцев, я кладу эти ягодки себе в рот, и неведомая жизнь переткает в меня… Она никуда не исчезает, она всегда остается здесь, в этом лесу, в наших сердцах… О, чёрт, я совсем забыла, что Труп скорее всего отравился именно земляникой! Скорее полоскать рот и выплёвывать розовую кашицу… Неведомая жизнь ушедших выплёскивается гущицей в песок, солнце очень скоро высушит эту лужицу и они, ушедшие, вознесутся к небесам, чтобы опять вернуться в эти земли с дождём, который, если верить прогнозам, должен пролиться вечером. И, правда! ...Усталая после долгих скитаний, вечером я сидела на крылечке родного дома, курила дедову трубку и на колени мне, мурча, взобралась какая-то беспризорная кошечка. Поглаживая её, я всматривалась в листву ясеневидных клёнов. А где-то там, над крышами, в чернильно-синих небесах словно копошилось что-то большое и недовольное… Сверкнула молния, за ней последовали первые раскаты грома. А потом весь подлунный мир окутал шорох – это пошёл дождь, и вместе с его каплями в наш мир вернулись Юноша Труп, Мальчик-Овод, убитые уточки, раздавленные ежи и выпотрошенные таксидермистами белочки… На душе воцарялся покой. «Ну вот, - сказала я кошке, - первая гроза в этом году. После третьей можно купаться в речках. Ну а тебе в ванной… Вот дождёмся третьей грозы, и я тебя искупаю, после чего у тебя не будет блошек, и…», – кошка недовольно фыркнув, спрыгнула с моих колен и побежала прочь вдоль крыши дома, чтобы не промокнуть. Я погасила трубку и пошла в дом ужинать.


(с) Саша-Вонючка, 2010 год., г. Брянск

ps. Кто дочитал - спасибо за внимание!
Закрыт
Только жители сайта могут оставлять комментарии.